?

Log in

No account? Create an account
 
 
29 липня 2008 @ 20:37
Пост № 2000: Настоящая Soviet Story четырёх танкистов и собаки  
Советские офицеры в польских вооружённых силах (1943-68 гг.)

Пребывание советских офицеров и генералов на командных постах в Войске Польском во время и после Второй мировой – вопрос не из самых известных сегодня. А между тем – крайне интересен. Ведь в никакой другой из восточноевропейских стран народной демократии советские офицеры и генералы занимали в местных армиях такое количество командных постов, вплоть до высших. Впрочем, вряд ли кто не видел сериал «Четыре танкиста и собака». В нём представителями Советского Союза в дружном танковом экипаже 1-й Польской армии, сформированной в СССР, были только улыбчивый грузин-механик и пёс Шарик (впрочем, на польском его кличка звучит как «Серый»). Более узкому кругу известно, что в книге, по которой был снят фильм, советским гражданином являлся и командир. Просто при создании ленты решили несколько пощадить патриотические чувства поляков и сделали того поляком. Как всё обстояло на самом деле?

Первый этап (1943-45 гг.): рождённые войной с общим врагом

Уже при формировании в мае 1943 г. на территории СССР польской 1-й дивизии пехоты им. Тадеуша Косцюшка, возникли проблемы с офицерами. Их попросту не было в достаточном количестве. Главным образом не хватало польских офицеров танковых войск и артиллерии – практически все они выехали с армией Андерса на Ближний Восток.

Вопрос был решён за счёт откомандирования в дивизию командиров из Красной Армии. Прежде всего в ВП попадали офицеры КА польского происхождения. Кроме прямой и срочной необходимости сформировать и обучить новое подразделение, советское командование, возможно, руководствовалось ещё и необходимостью контроля за польским формированием, учитывая печальный опыт формирования в СССР армии Андерса.

Начальником штаба дивизии стал полковник А. Савицкий, командующим артиллерией – полковник В. М. Бевзюк. Оба они являлись офицерами Красной Армии. В июле 1943 г. 67% офицеров-коцюшковцев были из числа направленных из КА. Несмотря на некоторые языковые проблемы они успешно проводили обучение бойцов, обеспечивали взаимодействие с советскими подразделениями.


Воины дивизии им. Косцюшко направляются на фронт


Что касается технических родов войск: танковых, самоходной и реактивной артиллерии, авиации; то такие польские специалисты практически отсутствовали. Поэтому советское командование приняло решение о переводе в ВП целых частей: авиационных, танковых, самоходно-артиллерийских, реактивной артиллерии. Замену личного состава на поляков в них предполагалось производить постепенно по мере подготовки польских специалистов. В этих частях весь личный состав носил польскую форму, команды и обращения, несмотря на то, что поляков в них почти не было, произносились по-польски.

Пройдя сквозь первые бои, польская дивизия была развёрнута в 1-й корпус Польских вооружённых сил. 16 марта 1944 г. он был преобразован в 1-ю Польскую армию. Общая численность польских войск к июлю 1944 года достигла 92 964 человек. С мая 1943 г. до мая 1945 г. из КА в сухопутные польские формирования было направлено 10639 офицеров.

Большинство советских офицеров, откомандированных в польскую армию, были молоды – 1900-10 гг. рождения, что существенно отличало офицерский состав от ПВСЗ. Среди откомандированных преобладали поляки, русские, украинцы и белоруссы.

Современные польские историки отмечают их слабый образовательный уровень, но тут вопрос в том, что он действительно часто был невысок, если говорить о гражданском образовании, а не о военном. Многие имели за плечами школы краскомов и военные академии – как, например, командир 1-й пехотной дивизии ВП генерал Войцех Бевзюк, окончивший школу младшего комсостава, офицерскую артиллеристскую школу в Киеве и две академии – им. Дзержинского в Ленинграде и им. Фрунзе в Москве. Были, однако, и особенные случаи относительно гражданского образования – например командир 1-й танковой бригады ВП им. героев Вестерплятте генерал Иван Межицан (позже командующий танковыми и механизированными войсками 2-й Польской армии, в 1947-49 гг. – инспектор танковых и механизиро-ванных войск ВП) был выпускником политехнического института в Днепропетровске, командир 1-й кавалерийской бригады генерал Владимир Радзиванович закончил Литературный институт в Москве и владел семью языками.

Также большинство советских офицеров начали свою службу в 1918-35 гг. Однако были и исключения: первый командир 8-й пехотной дивизии полковник Василий Гулида в царской армии дошёл до командира батальона, генерал Владислав Корчиц – там же командовал эскадроном.

С 26 сентября по 19 декабря 1944 г. 2-й польской армией командовал Станислав Поплавский. Этот этнический поляк, уроженец Винничины, был выпускником Харьковской школы Червонных старшин и Академии им. Фрунзе. В сентябре 1944-го был направлен в ВП в ранге генерал-майора с поста командира 45-го стрелкового корпуса 3-й армии 3-го Белорусского фронта, освобождавшего Вильнюс. Командовал 1-й Польской Армией (до 10.09.1945) в боях за освобождение Варшавы, взятии Поморского Вала, в боях на балтийском побережье, над Одрой и Лабой, взятии Берлина. Некоторое время командовал 3-й Польской армией, но ей формирование не было завершено из-за нехватки офицерских кадров. Четыре раза был ранен и три – контужен. Генерал-лейтенант (03.12.1944), генерал-полковник (11.05.1945). Герой Советского Союза (29.05.1945). Кавалер Командрского креста ордена Виртути Милитари и Большого креста ордена Возрождения Польши. Кроме советских и польских наград был также отмечен американскими, чехословацкими и югославскими. Принимал участие в Параде Победы в Москве в составе группы генералов и офицеров ВП.


Станислав Поплавский в польской форме


Следует отметить, что в конце 1980-х годов в Польше была широко популярен и распространяем миф о том, что С. Поплавский – на самом деле этнический русский Сергей Горохов, поскольку якобы именно тот командовал в 1944 г. 45-м корпусом. Эта версия была запущена бывшим командиром 1-й Вильнюсской бригады АК Романом Корабом-Жебрыком. На самом деле в 1944 г. у указанного корпуса было два командира, но версия о том, что Поплавский на самом деле не поляк получила крайне широкое распространение, причём не только в публицистике, но и в отдельных научных трудах.


Кароль Сверчевский на купюре времён ПНР


После Поплавского командование 2-й Польской армией принял Кароль Сверчевский – этнический поляк, с 1917 г. служивший в КА. Командовал там батальоном, полком, окончил Академию им. Фрунзе. Был командиром интернациональной бригады, дивизии республиканской Испании во время гражданской войны. Во начале Великой Отечественной командовал дивизией. В ВП – с августа 1943 г., был заместителем командира 1-го корпуса, 1-й армии. После войны был вице-министром национальной обороны, погиб в марте 1947 г. в бою с УПА. Награждён многочисленными наградами, в ПНР его имя присваивалось улицам, организациям и учреждениям, его портрет был на 50-злотовой банкноте и ряде почтовых марок.

С сентября 1944 г. бронетанковые и механизированные войска ВП возглавлял Дмитрий Мос-товенко. По иронии восточноевропейской Клио именно он командовал танковыми и механизированными войсками Белорусского ВО во время вступления КА в Западную Белоруссию в сентябре 1939 г.


Владислав Кочиц в советской форме


Генерал-полковник Владислав Кочиц в своё время служил в царской армии, с 1917 г. – в Красной, участвовал в польско-советской войне. Пришёл в ВП в мае 1944 г. с поста замкомандующего 34-й армией. Был начштаба 1-й Польской армии и ВП, командующим 1-й Польской армии. С 19.12.1944 по 18.01.1954 г. – начальник Генштаба ВП, с 1950 г. – параллельно вице-министр национальной обороны. В 1952-56 гг. – депутат Сейма. В 1954 г. вернулся в СССР.

В фильме «Четыре танкиста и собака», после вступления на территорию Польши, героям приходилось выдумывать разные истории для местных жителей, чтобы скрыть грузинское происхождение своего механика, например, что, мол, отец у него был трубочистом, вот тот таким чернявым и уродился. На деле же присутствие советских офицеров в ВП было одним из главных аргументов польского националистического подполья, проводившего кампанию по срыву мобилизации в польскую армию (уклонилось 27 846 человек).

Долгое время служба советских офицеров в польских вооружённых силах была фактически не урегулирована нормативно. Лишь 15 января 1945 г. Верховное командование ВП издало приказ № 41 «О характере прохождения воинской службы генералами и офицерами Красной Армии, откомандированными в Войско Польское». Этот документ регулировал, в частности, вопросы подчинения, криминальной и дисциплинарной ответственности, порядок повышения званий и т.п.

Второй этап (1945-46 гг.): на мирные рейки

К концу Второй мировой ВП насчитывало две армии общей численностью ок. 180 тыс. солдат. В то время офицерский корпус ВП состоял из следующих категорий: офицеры КА; офицеры – выпускники офицерских школ ВП; офицеры довоенного периода (из Польши, немецких лагерей, ПВСЗ); офицеры, получившие звание в подпольных организациях во время оккупации; подофицеры, представленные к офицерскому званию. Советские командиры составляли ок. 50% (по состоянию на март 1945 г. – 15492 из 29372 офицеров ВП). В частности, в Генштабе они составляли 70%. В целом до 9 мая 1945 г. через все роды войск ВП прошли 18996 советских офицеров (в т.ч. 34 генерала), 987 из них погибли, умерли от ран либо пропали без вести. На момент окончания войны советские офицеры составляли ок. 43% офицерского состава ВП.


Парад ВП в освобождённой Варшаве


Главнокомандующий ВП М. Жимерский как-то заметил в разговоре с советскими авиавоенспецами: «От желающих вступить в армию нет отбоя. Люди так настрадались при немцах, так рвутся в бой, что, если бы у нас были свои подготовленные офицерские кадры, мы могли уже сейчас развернуть массовую армию. Но кадры, кадры… У нас это самое узкое место. Тут ваша помощь, дорогие советские товарищи, для нас просто бесценна».

Одним из видных представителей СА в ВП был уже знакомый нам С. Поплавский. Он командовал Силезским ВО (до 22.11.1947), был командующим СВ (до 21.03.1950), главным инспектором боевого обучения (до 20.11.1956). С 2 апреля 1949 г. паралельно занимал должность 2-го вице-министра национальной обороны, с 24 декабря того же года – вице-министра национальной обороны. В 1947-56 гг. он был депутатом Сейма, в 1949-56 гг. – член ЦК ПОРП. Генерал армии (12.08.1955). 20 ноября 1956 г. вернулся в СССР, где продолжал занимать высокие военные посты.

С объявлением послевоенной демобилизации и переход ВП на организацию соответственно структуре мирного времени начался процесс возвращения офицеров КА в СССР. Их должности занимали польские офицеры. Этот процесс шёл снизу вверх, то есть сначала заменялись командиры взводов, рот, батальонов. Главнокомандующий ВП – маршал Михал Жимерский отдал указание так провести эту акцию, чтобы уже к сентябрю 1945 г. по крайней мере 50% линейных и штабных должностей были охвачены польскими офицерами.

23 февраля 1946 г. главнокомандующий ВП маршал М. Жимерский огласил специальный приказ, в котором отметил исключительные заслуги советских офицеров, служивших в Войске Польском. В нем, в частности, говорилось: «...Благодаря вашей энергии были сформиро-ваны новые полки, бригады, дивизии и армии. Благодаря вашему труду Войско Польское стало грозной силой для врагов Польши и верным союзником непобедимой Советской Армии. В день славного 28-летия Советских Вооруженных Сил, когда весь польский народ благодарит вас за огромный вклад в создание возрожденного Войска Польского, все советские офицеры, проходившие службу в нем, награждаются Крестом заслуги».

До середины 1946 г. из рядов ВП было откомандировано на родину 12293 советских офицера (в т.ч. больше 8 тыс. – в 1945 г.). Это составляло ок. 70% офицеров КА, временно исполняющих обязанности в польской армии.


Эмблема ВП времён ПНР


На начало июля 1946 г. в различных подразделениях и учреждениях ВП всё ещё проходили службу ок. 4600 советских офицеров. Из них 1917 – в сухопутных войсках. Интересно, что из числа последних 245 человек офицерские звания получили уже в польской армии, куда были направлены в качестве солдат и сержантов. В СВ польских вооружённых сил служили 3 советских генерала, 112 полковников, 235 подполковников и т.д. По национальному составу 818 были русскими, 659 – поляками, 263 - украинцами, 135 – белорусами, 23 – евреями, 5 – татарами, 2 – армянами. И хотя в экипаже легендарного 201-го Т-34 под названием «Рыжик» был и белозубый грузин, но вот на 1 июля 1946 г. в СВ ВП служил только один грузин из числа советских офицеров.

Не все откомандированные из ВП советские офицеры тут же возвращались на родину. Часть из них направлялась в дислоцированную на территории Польши Северную группу войск СА (прежде всего, политработники и лётчики).

Также стоит упомянуть о вопросе получения советскими офицерами, откомандированными в ВП, польского гражданства с их дальнейшим проживанием в ПНР. Это допускалось с 1948 г. с разрешения советского правительства для тех офицеров, которые были польского происхождения и первое офицерское звание получили в польской армии. Первое разрешение было получено в сентябре 1949 г. для 182 офицеров СА. Следующее – в ноябре 1950-го для 182 офицеров и подофицеров. В целом, в 1949-56 г. польское гражданство получили более 800 советских офицеров. Интересно, однако, что только ок. 12% из них продолжили службу в ВП.

Третий этап (1947-49 гг.): водоворот трудностей

В то же время польская армия продолжала испытывать острый дефицит генералов и старших офицеров (уровень майор-полковник), особенно в штабах дивизий и округов, а также в ряде родов войск (танковых, артиллерии, связи). Это несколько притормозило возвращение советских офицеров на Родину: в 1947 г. при запланированной замене 717 офицеров удалось заменить польскими только 378.

Соответственно МНО Польши и командование СА разработали поэтапный план замены советских офицеров польскими, предусматривавший окончание этого процесса до конца 1951 г. Интересно, что Варшава хотела организовать переход 485 офицеров СА на постоянную службу в ВП с принятием польского гражданства, но не получила на это согласие Москвы. В 1947-м СВ польской армии покинули 838, в следующем – 405 советских офицеров.

Тут в процесс вмешались польские внутриполитические игры: откомандирование советских офицеров затормозило после августовского пленума ПРП 1948 г. Там действия польского военного командования по отсылке домой советских военспецов была названа поспешной и необдуманной, исходя из нехватки собственных подготовленных кадров.

Начиная с 1949 г. военным руководством и органами госбезопасности Польши в офицерском корпусе ВП была проведена чистка от «классово чуждых элементов» (охватила ок. 18% офицерского корпуса, в т.ч. ок. 51% штабных офицеров), которая коснулась, прежде всего, офицеров довоенного периода и из ПВСЗ, пришедших на службу в ВП. Было проведено ряд судебных процессов по обвинению таковых в шпионаже и саботаже военного строительства («процесс четырёх генералов» 1951 г.: осуждены 4 генерала – все приговорены к пожизненному заключению; «процесс командоров» 1950-52 гг.: осуждены 7 высших офицеров ВМС (трое расстреляны, остальные приговорены к пожизненному, все реабилитированы); 86 офицеров СВ (40 осуждены на смерть, 20 приговоров приведено в исполнение)). До 1954 г. из армии было уволено ок. 9 тыс. офицеров.

Соответственно на берегах Вислы вновь появился дефицит высших штабных работников. В марте 1949 г. президент Государственного национального совета ПНР Болеслав Берут просит Сталина о направление в ВП 30 советских генералов и старших офицеров. В ответ на эту просьбу до конца года в Польшу прибыли 4 генерала и 17 старших офицеров. На август 1949 г. советские офицеры составляли 5% офицерского корпуса ВП (728 из 14728). 409 из них служили в СВ (6,2% офицерского корпуса).

Ещё один интересный вопрос – побеги офицеров ВС ПНР на Запад. На протяжение существования социалистической Польши это сделали 52 офицера, 5 хорунжих и 4 подхорунжих (из лётной школы в Денблине, незадолго до именования офицерами). Среди них был и советский гражданин – подпоручик Аркадий Коробчинский, этнический поляк, направленный в 1944 г. во 2-ю Польскую армию. Он сбежал в 1949 г. на самолёте в Швецию, не желая возвращаться в КА. Получил работу слесаря. Через четыре года, когда было установлено, что он не подставной от польских спецслужб, по предложению американской и западногерманской разведки пошёл в разведшколу во Франкурте-на-Майне. Подписал согласие о работе на спецслужбы ФРГ. В 1955 г. Коробчинский женился на шведке (заметим – его «советская» семья в это время жила в ПНР), получил местное гражданство и официально работал на каком-то предприятии, на деле занимаясь получением развединформации от моряков советских и польских судов, заходивших в шведские порты. В 1968 г. решает съездить в Польшу, но готовится к этому четыре года. Приехал в 1972 г. в Гданьск как турист и был так поражён красотой города, что вновь приехал на следующий год. Был арестован через неделю в Варшаве. Осуждён за дезертирство на 12 лет тюрьмы. В 1979 г. по просьбе шведского премьер-министра был освобождён и вернулся в Швецию.

Четвёртый этап (1949-56 гг.): эра Рокоссовского

В ноябре 1949 г. министром национальной обороны Польши и командующим польскими вооружёнными силами стал советский маршал польского происхождения Константин Рокоссовский, до этого командовавший северной группой Советской Армии, дислоцировавшейся в Польше.

Это было не просто назначение. В октябре маршала вызвал к себе Сталин. «Обстановка такова, - сказал он, - что нужно, чтобы вы возглавили армию народной Польши. Все советские звания остаются за вами, а там вы станете министром обороны, заместителем председателя Совета министров, членом Политбюро и маршалом Полыни. Я бы очень хотел, Константин Константинович, чтоб вы согласились, иначе мы можем потерять Польшу. Наладите дело - вернетесь на свое место». Рокоссовский согласился. Угроза «потерять Польшу», вероятно, состояла в опасности для СССР повторения тут югославского варианта с отторжением от политики Москвы.

6 ноября 1949 г. на совместном заседании Государственного совета и Совета министров президент Польши Б. Берут сделал следующее заявление: "Принимая во внимание, что маршал Рокоссовский является поляком по национальности и пользуется популярностью в польском народе, мы обратились к советскому правительству с просьбой, если это возможно, направить маршала Рокоссовского в распоряжение польского правительства, для прохождения службы в рядах Войска Польского. Советское правительство, учитывая дружественные отношения, которые связывают СССР и Польшу... выразило согласие удовлетворить просьбу...".

Но действительность была куда сложнее. Особая деликатность ситуации состояла в том, что Рокоссовский сменил легендарного маршала Михала Жимерского, маршала Польши, в годы войны командовавшего Армией Людовой. К тому же в армии продолжалась чистка от офицеров довоенной армии, так что настроения в ВП и обществе были крайне напряжены. «Нельзя сказать, что весь офицерский корпус Вооруженных Сил Польши тепло принял меня, - рассказывал позже Рокоссовский. - Часто во время приездов в дивизии из глубины построенных на плацах для встречи войск слышались одиночные, а иногда и групповые выкрики: «Уезжайте в Россию!», «Долой красного маршала!»». Дважды на него совершались покушения (в 1950 г. в Люблине и Познани).

Согласно рапортам Главного полит-воспитательного управления польской армии офицеры-воспитанники ВП, начинавшие воевать от Ленина и до Берлина, это назначение воспринимали позитивно, «с пониманием важности политической ситуации и огромного значения для усиления престижа ВП». А вот офицеры, служившие в довоенной польской армии, выражали недовольство, опасаясь, в частности, увольнения и своей замены советскими офицерами.

В первом своем приказе по Войску Польскому от 7 ноября 1949 года Рокоссовский писал: «Мне выпало на долю в течение многих лет служить делу трудящегося народа в рядах героической Советской Армии. Волею военной судьбы я был командующим тем фронтом, в составе которого героически сражались на славном пути от Ленино через Варшаву, Гданьск, Гдыню, Колобжег, Поморский Вал, вплоть до Берлина солдаты вновь возникшего Войска Польского, солдаты 1-й дивизии, а поздней и 1-й армии... Во исполнение обязанностей, возложенных на меня Страной и Президентом, во исполнение обязанностей перед польскими трудящимися и польским народом, среди которого я вырос и с которым всегда чувствовал себя связанным всем своим сердцем, а также перед братским советским народом, который воспитал меня как солдата и полководца, я принимаю доверенный мне пост, чтобы все свои силы посвятить дальнейшему развитию и укреплению нашего Войска Польского и обороны Речи Посполитой...».

Рокоссовский также был вице-премьером польского правительства (с 1952 г.), членом Политбюро ЦК ПОРП (с 1950 г.), депутатом Сейма ПНР, а с конца 1955 г. – также заместителем главнокомандующего Объединёнными силами ОВД. Он стал почётным гражданином Картузы, Гданьска и Гдыни, в Сопоте его именем назвали улицу (сегодня – Героев Монте-Кассино).

Под его руководством была проведена унификация структуры, вооружения, системы обучения ВП с аналогичными элементами СА. Особенно болезненно в польском обществе была воспринята отмена в 1950 г. традиционного офицерского головного убора – т.н. «рогатувки» (взамен была введена полностью круглая фуражка, аналогичная советской).


Удостоверение К. Рокоссовского как члена ЦК ПОРП с фотографией в польской форме


Вскоре Берут вновь просит Кремль о помощи советскими офицерами: в декабре 1949 г. – о замещении 48 генеральских и полковничьих должностей, в июне 1950-го – о ещё 85 должностях. Следует заметить, что всё это проходило на фоне резкого скачка напряжения международной ситуации: война в Корее, создание ФРГ и НАТО... В августе 1951 г. командующие родами войск заявили о необходимости замещения 425 должностей советскими офицерами (в т.ч. 168 – в СВ). МНО ПНР в результате просило руководство СА о замещении 196 постов, из них 45 – в СВ: 50 генеральских, 88 полковничьих, 55 подполковничьих и 3 майорских.

В результате в 1949-52 гг. в Польшу прибыли 271 высший советский офицер (в т.ч. 1 маршал и 26 генералов). К концу 1952 г. в ВС ПНР служили 41 генерал и 668 офицеров СА (ок. 2% офицерского корпуса ВП). В основном – на высших командных постах (например в ВП было всего 56 генеральских должностей). В середине следующего года было принято решение о постепенном переводе советских офицеров на должности военных советников. Это позволило в 1953-55 гг. откомандировать из ВП ок. 600 офицеров СА. На начало 1955 г. в ВП было 33 генерала и более 170 офицеров СА (они занимали 32 из 50 высших постов – от министра обороны до командующего корпусом).

В то же время вряд ли причиной наличия существенного количества советских офицеров в ВП (особенно по сравнению с другими странами народной демократии) было только недоверие к польским офицерам (как это можно сегодня прочитать в ряде польских источников). Играли тут свою роль и стратегические интересы: Польша была вблизи западного блока, на острие потенциального удара.

В начале 1951 г. произошла замена на высших постах ВП, которые заняли советские генералы: Юрий Бордзиловский стал начальником генштаба, инспектором ВС – генерал И. Сухов, командующим ВВС – генерал Иван Туркел. ВМС возглавил адмирал К. Черков.

Первая половина 1950-х гг. ознаменовалась для ВП громадным организационным рывком (Рокоссовский потребовал от польского правительства увеличения военных расходов – в те годы на оборону тратили 15% ВВП ПНР).

Как отмечает историк В. Рубцов, к моменту завершения Рокоссовским его миссии в ВП имелись реорганизованные сухопутные войска, ракетные соединения, войска ПВО, авиации и ВМС. Организационные изменения шли параллельно с напряженной боевой подготовкой войск, командиров и штабов, совершенствованием взаимодействия родов войск в рамках новой структуры вооруженных сил. Практически заново была создана система мобилизационных мероприятий страны, интересам обороны страны подчинялась модернизация сети железных и автомобильных дорог, системы государственной связи (в современной Польше советского маршала обвиняют и в непосильной нагрузке на экономику). При активной помощи Советского Союза началось создание собственной оборонной промышленности. В Войске Польском была по существу заново создана система подготовки офицерских кадров: были открыты Академия Генштаба им. Сверчевского, Военно-техническая им. Я. Домбровского и Военно-политическая им. Дзержинского академии.

Были сформированы, в частности, четыре армейские корпуса и два авиационные, дивизий: десять – авиационных, две – механизированные, семь – пехоты, пять – ПВО, а также шесть отдельных танковых полков, три противотанковой артиллерии и три противодесантных бригад. Очевидно, что такая гигантская реорганизация была бы невозможна без участия откомандированных из СА офицеров и технических специалистов. Единственная служба, где они не были задействованы, - военное капеланство ВП.

Отдельно стоит вопрос с польскими военными вузами. В них советские офицеры составляли большинство преподавателей и руководителей кафедр (офицеры довоенной польской армии составляли 35% преподавателей военных вузов в 1947 г., а в 1953 – уже только 0,5%), постепенно уменьшаясь в 1946-48 гг. Более всего советских офицеров – 45 было в Военно-технической академии, где они занимали должности деканов и заведующих всех кафедр. В вопросе вузов польское военное руководство предпочитало сохранять советские кадры, нежели назначать менее опытные польские с советскими советниками.

На начало 1953 г. численность ВП превысила 400 тыс. Офицерский корпус составлял до 50 тыс. человек. Впрочем, с 1955 до 1958 гг., ВС сократились приблизительно вдвое.

В феврале 1955 г. польское правительство просило о продлении срока пребывания в ВП 90 советских генералов и офицеров. Советское руководство согласилось продлить срок службы 72. В мае следующего года в ВП служили 28 генералов, 32 полковника, 13 подполковников, 2 майора и капитан СА. Следует подчеркнуть, что они уже не занимали постов командиров батальонов, полков, бригад, дивизий и корпусов, комендантов офицерских школ. Служили они, в частности, в таких должностях: министр и вице-министр национальной обороны, начальник и замначальника генштаба, начальников центральных учреждений, командиров родов войск и их заместителей, командиров округов и комендантов военных академий.

Ситуация изменилась летом-осенью 1956 г. Это было не простое время. Внешне страна уже была способна самостоятельно обеспечить себя офицерскими кадрами. На самом же деле – сложное внутриполитическое положение ПНР, хрущёвские перестановки в Союзе, давление со стороны Запада и Китая на Кремль, события в Венгрии – всё сплелось в тугой гордиев узел. Сыграли свою роль и ряд антикомунистических выступлений в Польше, одним из требований которых был отзыв советских генералов и офицеров из ВП.

Кстати, высшее руководство подразделениями ВП, принимавшими участие в локализации и пресечении самого крупного в то время антикомунистического выступления – т.н. „Познаньского Июня” в 1956 г., осуществлял С. Поплавский, в то время – вице-министр национальной обороны ПНР. Именно он и Рокоссовский подверглись жёсткой критике и давлению со стороны польского руководства за кровавые результаты подавления этих событий.

Тем временем в руководстве польской компартии росло влияние сторонников идеи минимизации контактов с СССР в военной и политической сферах. На VIII пленум ЦК ПОРП в октябре 1956 г. был запланирован вывод маршала Рокоссовского из польского политбюро.

22 октября 1956 г. в письме, направленном в ЦК ПОРП и подписанном Н. Хрущевым, советская сторона выразила согласие на отзыв из ВП офицеров и генералов СА. 20 октября Рокоссовский вышел из состава Политбюро ПОРП, 10 ноября – сложил полномочия министра национальной обороны и вице-премьера. 13 ноября он подал в отставку со всех государственных постов ПНР и через два дня возвратился в Москву.

На протяжении двух последних месяцев 1956 г. Польшу покинули также 19 генералов и 25 офицеров. Этот процесс продолжился и в следующем году.

Последние из предводителей команчей

В 1958 г. в ВП служили ещё 5 генералов и 4 офицера СА, в следующем – 2 генерала, которым продолжили срок службы до 1968 г. Это были генерал-полковник Юрий Бордзиловский, начальник генштаба ВП (с 1965 г. – главный инспектор обучения МНО), и генерал-лейтенант проф. Михаил Овчинников, комендант ВТА в 1956-67 гг. и высоко ценимый в ПНР специалист военного строительства (в 1967 г. назначен инспектором офицерских школ в Инспекторате боевого обучения).

Интересно, что Бордзиловский, последний из советских военспецов, покинувших ряды ВП, – внук сибирского ссыльного, сын поляка и украинки, с 1919 г. воевал в рядах КА и в 1920 г. попал в польский плен, откуда сумел сбежать. Командовал сапёрными подразделениями во время Сталинградской битвы и боёв на Курской дуге. В ВП – с 1944 г.

Постскриптум

С. Поплавский так резюмировал свою службу в польской армии в мемуарах «Товарищи в борьбе»: «О своей тринадцатилетней службе в Войске Польском я вспоминаю с большой гордостью и теплотой как об одном из самых интереснейших периодов в моей военной жизни. Это были трудные годы — годы ожесточенной борьбы с фашизмом, а затем — с внутренним классовым врагом. В то же время это было время, когда каждый из нас, советских поляков, надевших форму польских военнослужащих, особенно остро сознавал свою сопричастность к великой интернациональной миссии, возложенной на нас Советской Родиной и Коммунистической партией, свою ответственность за освобождение и послевоенное укрепление Польши. В рядах Войска Польского нас сменили наши боевые товарищи и друзья по фронту и службе в мирное время, лучшие представители офицерских кадров, выпестованных Польской объединенной рабочей партией».

В современной Польше деятельность откомандированных в ВП советских офицеров воспринимают отрицательно, считая её инструментом советизации и русификации польской армии и польского общества в целом, орудием и одной из причин репрессий против «классово чуждых» офицеров ВП. Особо негативные оценки получают личности К. Рокоссовского, С. Поплавского, К. Сверчевского, деятельность сотрудников органов советской госбезопасности по созданию военных спецслужб ПНР.

(с) моё

Тот, кто будет копипастить без разрешения полностью или частично этот материал, бесповоротно испортит свою карму. Тот, кто мысленно поблагодарит автора, её же улучшит.


Также читайте:
Крылья не-Родины: советские офицеры в составе ВВС ВП
Зелёные фуражки: советские офицеры в польских Войсках охраны пограничья
Васильковые погоны: советские офицеры в военных спецслужбах ПНР
 
 
Дислокація: там само
 
 
 
(Deleted comment)
Steadfast Tin Soldierjoanerges on 30 липня 2008 05:44 (UTC)
Вопрос Катыни не рассматривается в данном исследовании
f_ff_f on 29 липня 2008 20:08 (UTC)
Прекрасно. Как всегда, большое спасибо :-)
По фактографии - один уточняющий вопрос: написано, что Сверчевский "погиб в бою с УПА". А они его часом не взорвали? Или я его с кем-то путаю?
По орфографии - белорусы пишутся с одним "с", поверьте белорусу, пусть этнически и не чистокровному ;-)
пан Твардовскийold_fox on 29 липня 2008 20:58 (UTC)
Его машина попала в засаду в колонне, направлявшейся на инспекцию части. Судя по организации и срокам засады, сдал его уповцам кто-то из своих. Круг кандидатов узок, но однозначно определить даже сейчас никто не берётся.

Важно, что смерть "генерала Вальтера" в бою с УПА послужила поводом для начала операции "Висла".
[***] - joanerges on 30 липня 2008 05:43 (UTC) (Expand)
[***] - hronist55 on 16 грудня 2008 13:20 (UTC) (Expand)
[***] - joanerges on 16 грудня 2008 14:14 (UTC) (Expand)
[***] - hronist55 on 18 грудня 2008 10:36 (UTC) (Expand)
[***] - joanerges on 18 грудня 2008 11:05 (UTC) (Expand)
[***] - hronist55 on 07 лютого 2009 18:12 (UTC) (Expand)
[***] - joanerges on 11 лютого 2009 11:03 (UTC) (Expand)
[***] - hronist55 on 11 лютого 2009 18:27 (UTC) (Expand)
[***] - ashleyzarz on 04 листопада 2013 20:52 (UTC) (Expand)
Олег Росовnovoross_73 on 29 липня 2008 20:50 (UTC)
Большое спасибо, очень познавательно!
А можно узнать подробности о покушениях на Рокоссовского?

Steadfast Tin Soldierjoanerges on 30 липня 2008 05:49 (UTC)
Благодаря доктору исторических наук Ф.Д. Свердлову сохранились очень лаконичные воспоминания маршала. Константин Константинович подтвердил и информацию о покушении на него: "В января 1950 г. при посещении артиллерийских частей в Люблине в меня стреляли из пистолета. Выстрел был произведен с большого расстояния, и пуля пролетела мимо. Стрелявшего не нашли. Через три месяца в Познани по моей машине дали автоматную очередь. Оказался раненым сопровождавший офицер, было разбито вдребезги заднее стекло, но я не пострадал. И на этот раз стрелявших не нашли. Выступали против меня в основном бывшие участники Армии Крайовой и формирований «Национальных Вооруженных Сил». Поэтому работать в Польше было трудно"

Свердлов Ф.Д. Неизвестное о советских полководцах. М., 1995, с. 24.
Цитируется за: Рубцов Ю.В. "СОВЕТСКИЙ БАГРАТИОН" Маршал К.К. Рокоссовский (1896-1968) // Новая и новейшая история. - 2004. - № 6.
пан Твардовскийold_fox on 29 липня 2008 21:01 (UTC)
По отдельным фактам можно было бы и поспорить, но в целом очень хорошая статья. Спасибо Вам.
Steadfast Tin Soldierjoanerges on 30 липня 2008 05:50 (UTC)
Пожалуйста. Вот Вы бы и поспорили) А то пишу, не зная - правильно ли)
[***] - old_fox on 31 липня 2008 06:19 (UTC) (Expand)
[***] - old_fox on 31 липня 2008 06:45 (UTC) (Expand)
Вахтанг Кіпіаніvaxo on 29 липня 2008 21:49 (UTC)
супер, дуже пізнавально. вразило, що не було жодного офіцера чи генерала ВП українського походження. чи українці в росіянах враховані?
Steadfast Tin Soldierjoanerges on 30 липня 2008 05:59 (UTC)
Були й українці - просто це я допустив помилку, коли писав про національний склад відкомандированих, зараз виправив. До того ж, підозрюю, що багато було з мішаних родин - як-от Бордзіловський
[***] - ltglan on 11 серпня 2011 16:47 (UTC) (Expand)
[***] - joanerges on 11 серпня 2011 16:54 (UTC) (Expand)
[***] - ltglan on 11 серпня 2011 16:58 (UTC) (Expand)
[***] - joanerges on 11 серпня 2011 16:59 (UTC) (Expand)
[***] - ltglan on 11 серпня 2011 17:05 (UTC) (Expand)
[***] - igalvl on 22 травня 2012 15:14 (UTC) (Expand)
vatsonsvatsons on 30 липня 2008 11:04 (UTC)
Так, теперь я понял, почему муж одной из маминых подруг "на стене висит" в польской форме, а портрет послевоенный.
Steadfast Tin Soldierjoanerges on 30 липня 2008 11:08 (UTC)
:)
Роман ShaRProman_sharp on 30 липня 2008 11:28 (UTC)
А насколько правдоподобна версия о том, что "Операция Висла" - *преступление советского режима*?

В ее подтверждение как раз и приводятся данные о командирах ВП.
ex_gutnik on 30 липня 2008 11:35 (UTC)
Статья замечательная
sparrowhawksparrow_hawk on 30 липня 2008 12:19 (UTC)
дуже цікава стаття!
hogo_czhogo_cz on 30 липня 2008 16:13 (UTC)
Супер!
gaivorgaivor on 31 липня 2008 08:29 (UTC)
А с чем связано двукратное сокращение польской армии с 1956 года?
Steadfast Tin Soldierjoanerges on 31 липня 2008 08:35 (UTC)
Я не углублялся в этот вопрос, но так понимаю, что причынами были: (а) затраты на такие ВС были слишком непосильны для польской экономики, (б) количество переводили в качество, (в) наявность сильной группировки СА на территории ПНР как гарантия от нападения со стороны НАТО
xeus_top on 31 липня 2008 11:22 (UTC)
Ваш пост написан настолько интересно, что вы попали в Топ-30 Зиуса самых обсуждаемых тем в Живом Журнале.
Это очень положительное явление. Пожалуйста, продолжайте в том же духе. © Зиус
Александр ЧерновАлександр Чернов on 27 вересня 2018 15:47 (UTC)
очень познавательно и подробно. автору уважение и благодарность.